Матрона Московская Биография 

Жизнь Московская

Как известно, Москва слезам не верит. Этот огромный город поглощает все новых и новых людей, и каждый устраивается, как может. У кого сил довольно, тот в Москве не пропадет, найдет себе и работу, и жилье, и друзей. А кто нерешителен да нерасторопен — лучше не соваться, не выдержит ритма большого муравейника.

В 1920-е годы, когда Матронушка в Москву перебралась, та, конечно, еще не так бурлила, как нынче. Но и тогда там устроиться было уже непросто.

Матрона — слепая, считай, безногая. Спрашивается, что с нее толку? А сразу вписалась в жизнь московскую, пошел о ней слух — как по сарафанному радио, потянулись к прозорливице и целительнице люди.

 

Сколько адресов она сменила за время своего пребывания в столице — Бог весть. Приходилось чуть ли не в подполье сидеть: власть православных не жаловала, искореняли опиум для народа огнем и мечом. Слухом о Матронушке земля полнилась. В планах у милиции было с ней расправиться, потому что она злостно нарушала все порядки социалистической жизни: жила в Москве без регистрации, не работала, не получала пенсию (а значит — была тунеядкой по тогдашним законам, за тунеядство же людей судили и высылали по этапу), дезориентировала народ своим мракобесием, туманила головы предсказаниями, занималась целительством на дому, не имея медицинского образования и не обладая соответствующими полномочиями.

Ох, чесались руки у разных инстанций разобраться с гражданской Никоновой, тунеядкой и шарлатанкой, да только не доходили никак. Иной раз Матрона вдруг ни с того ни с того засобирается из дома, ни в какую у хозяев, приютивших ее, оставаться не хочет, говорит: «Пора мне, не поминайте лихом. Спасибо этому дому, пойдем к другому». Хозяева поохают, поахают да и вызовут ей машину (Матронушку все любили, говорили, от ее присутствия в доме как будто воздух менялся; люди не ссорились, не дрались, не сквернословили, и достаток в дом незаметно приходил — вроде ничего лишнего не было, а всем всего хватало). И только она уедет, через полчаса приходит участковый милиционер: «Где у вас безработная тунеядка гражданка Никонова?» Хозяева плечами пожимают: «Слыхом о такой не слыхивали, никакой такой тунеядки не знаем». Участковый для порядку обойдет квартиру, по углам посмотрит, под стол заглянет. На нет и суда нет. Скажет, уходя: «Если появится, жду вашего сигнала». Хозяева ответят: «А как же, батюшка, сразу и просигналим», закроют за ним дверь да перекрестятся.

Ясное дело, все, кто Матронушку привечал, отдавали себе отчет в том, что над ними опасность нависает. Времена были страшные, сталинские, полстраны по лагерям были, на лесоповале. Но не боялись, знали, на что идут и ради чего: ради того, чтобы слово Божие жило, чтобы вере помочь выстоять в эту страшную годину. И получалось так: они вере помогали, а вера их спасала. Не известно ни одного случая, чтобы кто-то пострадал из тех, кто Матронушку у себя приютил. По молитвам ее осенял их Богородичный покров. И не касались их гонения и преследования, миновали расправы сталинских палачей.

Правда, из каждого золотого правила бывают исключения. Не уберегла Матрона своими молитвами Зинаиду Жданову, в доме матери которой Евдокии жила на Арбате. Собственно, это был уже не их дом. По благословению Матроны Евдокия когда-то уехала из Себина. Поступила в услужение к господам Ждановым, затем вышла замуж за их сына, молодого перспективного инженера. И все было бы хорошо, но грянула революция. Ждановых уплотнили, оставив им из всего двухэтажного деревянного дома одну, правда, большую, сорокаметровую комнату. Родились дочка и сын. А потом мужа Евдокии забрали в лагеря.

Ждановы были очень набожные, богобоязненные люди. Именно Зинаида нашла Матушку Матронушку (так она ту называла) в дачном домике с примерзшими к стене волосами, перевезла к себе (об этом речь чуть впереди пойдет). Зинаида всегда испрашивала матушкиного благословения, что бы ни собиралась делать. И всегда чувствовала помощь той.

Иногда эта помощь приходила совсем неожиданно. Когда Зинаиде, оканчивавшей архитектурный институт, надо было защищать дипломный проект, Матрона устроила ей незабываемую консультацию. (Зинаида подозревала, что ее собираются завалить, времени оставалось совсем в обрез, чтобы что-то поправить.) Неграмотная слепая женщина предложила: «Поедем мы с тобою в Италию, во Флоренцию, в Рим, посмотрим творения великих мастеров...» Зинаида Жданова вспоминает: «И как начала перечислять улицы, строения, остановилась и показывает мне Палаццо Питти, потом и говорит: „Вот другой дворец с арками въезда, сделай так же, как там: три этажа низа здания крупной кладкой и сделай две арки въезда". Надо ли говорить, что дипломный проект, обретший такого «руководителя», был принят комиссией!

 

Прожив много лет на Арбате у Ждановых, однажды Матрона почувствовала надвигающуюся беду и, наскоро со всеми распрощавшись, съехала на Сходню. Она надеялась, что отведет своим отъездом беду от близких ей людей. Но к Ждановым пришли НКВД- шники. Они забрали Зинаиду, вскоре состоялся суд, ее судили по 58 статье за участие в церковно-монархической группе. Зинаиду сослали на Колыму. Матрона утешала ее мать, Евдокию, что ничего худого с дочерью не случится, вернется она живая-здоровая. Так и вышло. 

 

Вернуться на главную страницу